Бизнес РФ теряет до 60 млрд из-за серого рынка радиоэлектроники

Нелегальные продавцы демпингуют, избегают налоговой и регуляторной нагрузки, а потребители сталкиваются с рисками покупки товара без прозрачного происхождения и понятной ответственности продавца, сообщил представитель ЦРПТ.

Согласно расчетам Института государственного и муниципального управления НИУ ВШЭ, после запуска маркировки легальный бизнес уже в первый год может получить порядка 9 млрд руб. дополнительных доходов. На горизонте шести лет совокупный прирост доходов добросовестных компаний оценивается в более чем 50 млрд руб. Это почти как годовой бюджет Новгородской области. Дополнительные поступления в бюджет государства за тот же период могут составить свыше 20 млрд руб.

Эксперты рынка отмечают, что масштаб нелегального оборота является одной из причин внедрения маркировки в отдельных товарных сегментах. По оценкам аналитиков, в целом по стране уровень нелегального оборота за последние пять лет снизился с 26% до 9%, при этом наиболее заметная динамика фиксировалась в категориях, где маркировка уже стала обязательной.

В радиоэлектронике требования также запускаются поэтапно в 2026 г. С 1 марта 2026 г. обязательной становится регистрация участников оборота в системе, а с 1 мая 2026 г. производители и импортёры должны наносить коды и вводить товар в оборот. По замыслу регулятора, такая модель позволяет бизнесу заранее подготовить процессы — от карточек товаров и ЭДО до отработки складской и кассовой логики.

Автор профильного Telegram-канала «Батя Роботов», медиапродюсер Петр Тюрин признает, что для бизнеса внедрение таких процессов требует времени на перестройку, но в технологичных сегментах — например, в робототехнике, где много серого импорта и неочевидной ответственности за качество, — без таких механизмов порядок не появляется сам собой.

«Когда “серый” товар демпингует без обязательств, страдают добросовестные продавцы и производители, – отметил он. – Система помогает вернуть понятные правила: кто ввез, кто продал, кто отвечает. Маркировка — это, по сути, базовая “гигиена” рынка. Для покупателя это понятный инструмент: отсканировал код — увидел, что за товар. Снижается риск купить устройство сомнительного происхождения и без гарантий. В электронике это особенно важно: серые поставки и подделки чаще всего бьют именно по потребителю — качеством, сервисом и невозможностью защитить свои права”.

Отдельный блок дискуссии сегодня связан с потенциальным влиянием маркировки на цены. Опыт в других товарных категориях подтверждает: этот показатель не превышает 1%. По оценкам аналитиков ВШЭ, вклад маркировки в стоимость радиоэлектроники не превысит 0,4%. Директор Союза электронной торговли Георгий Багирян подчеркивает, что в структуре розничной цены электроники ключевую роль играют другие факторы: «Если разложить стоимость смартфона на составляющие, становится видно, что маркировка не может быть значимым ценовым фактором. Примерно 40% формируют курс валюты и закупочная стоимость, порядка 20% — НДС. Далее учитываются бренд, логистика, продвижение, затраты ритейла. Стоимость кода — 50 копеек за единицу товара — фиксирована и не является драйвером цены».

К радиоэлектронике относится и светотехника. Недавнее исследование Роскачества показало, что ни одна светодиодная лампа проверенных 20 торговых марок не может претендовать на российский знак качества. Крупные игроки розницы ожидают, что маркировка дополнительно усилит защиту покупателя.

«Одна из основных целей маркировки — защита потребителей от некачественных товаров. Покупатель при помощи бесплатного приложения может проверить подлинность товара и его происхождение. Для нас как для ритейлера маркировка является дополнительным гарантом качества, так как промаркированный товар должен быть произведен и закуплен в соответствии с действующими по закону требованиями», — сказала Виктория Кондратенко, руководитель направления прослеживаемости товаров «Лемана Про».

В компании также подчеркивают, что участники рынка нацелены пройти внедрение без ухудшения клиентского опыта: «Наша общая цель — минимизировать влияние на покупателя, в том числе в части конечной стоимости товара. Мы делаем всё возможное, чтобы адаптация прошла максимально плавно и не сказалась на привычном клиентском опыте».